Umělec 2010/2 >> Autopsia или смерть и спасение Просмотр всех номеров
Autopsia или смерть и спасение
Журнал Umělec
Год 2010, 2
6,50 EUR
8 USD
Послать печатную версию номера:
Получить подписку

Autopsia или смерть и спасение

Umělec 2010/2

01.02.2010

Dejan Sretenović | The End of the Western Concept | en cs de ru

Autopsia пришла из ниоткуда. У неё нет ни родины, ни адреса. В первый раз она заявила о себе в 1980 году с помощью самиздатов Bank Rot и Prose Selavy, её история до сих пор не написана, а скудную информацию о ней можно найти лишь в нескольких опубликованных текстах и репродукциях. Она из принципа остаётся некоммуникативной, герметичной и элитарной, а также не беспокоится о последствиях своего искусства. Она обладает культовым статусом в узких кругах любителей индустриальной музыки, характеризуется заслуживающей уважения дискографией, а также за её плечами два концерта в самом начале своей не-карьеры. Свою визуальную продукцию презентировала всего пару раз (в том числе и в 1987), а затем добровольно предала себя забвению. Её тема — Смерть, метод — Повторение, а способ коммуникации безразличен. Autopsia — автохтонный и внебрачный потомок независимой и интермедиальной субкультурной сцены, сформированной вокруг «панка» и «new wave», но его программа и цели стремятся к гораздо большему, чем просто к diy производству и клубным вечеринкам эруптивного творчества. Возникновение Autopsia, случайно или нет, совпадает с эпохальным событием - смертью основателя социалистической Югославии, в начале идеологического и институционального кризиса югославской культуры и искусства, а также общего ощущения «конца» и впадения в неопределенность «состояния бытия, в нулевой точке» ранней пост-социалистической эры. Подобно музыкальному коллективу Laibach (с которым она разделяет определённые эстетические принципы и музыкально-визуальную синегрию) Autopsia доказала, что обладает хорошим нюхом на историческое насыщение (данного) момента и распознала перед собой открытое пространство для интервенции искусства в саму структуру политической экономики культуры. Благодаря концептуально проработанным, теоретически эрудированным, тематически эксклюзивным и дискурсивно интригующим проектам, Autopsia находится вне разделения на «высокую» и «низкую» культуру, на «мейнстрим» и «альтернативу», и задним числом становится одним из самых подлинных и бескомпромиссных художественных проектов за последние тридцать лет на территории бывшей Югославии.

Возникновение Autopsia в начале 80-х не следует тесно связывать с кластером из других апроприативных проектов (Goran Đorđević, Mladen Stilinović, Irwin) только потому, что она использует похожие методы ресемантизации художественных и культурных продуктов прошлого. В то время как эти художники работают внутри или на периферии системы (визуального) искусства, Autopsia действует вне всяческих систем (включая музыкальную сцену), и позиционирует себя как система для себя, как «изолированный дискурс», который находится вне публичности и регулярных каналов художественной коммуникации и распространения. Кроме того, Autopsia не имеет ничего общего с критической переоценкой идеологических нормативов, которые концептуализируют и структурируют произведение искусства, апроприативного искусства. Также она не говорит с искусством на его языке и специально не участвует в постмодернистских ретро практиках, но представляет собой старо-новое начало в искусстве (о ней написано: «Autopsia начинается там, где заканчивается авангард»), которое осуществляется с помощью возвращения к своим культовым/культурным функциям средства вызова смерти. Также Autopsia не способствует ни деконструкции, ни развитию идеологии автора, ни самомистификации (как, например, The Residents), но создаёт свою главную отличительную особенность - действовать в качестве центра информации или рекламного агента, чтобы воздействовать на адресата с помощью чистых и обезличенных сообщений. Как отметил Владимир Маттиони в одной из своих редких интерпретаций: «Благодаря своему методу псевдопроизводства, Autopsia имитирует медиапроизводство, с которым сталкивается», при этом «к производству себя подходит не как к производству чего-то конкретного, но как к производству в целом».1 Если точнее, то Autopsia в определённое время концептуально систематизирует неумолимость утопления искусства в гиперэстотизированном и технологизированном ландшафте всей культуры, в которой производство информации заменяет производство объектов, а размышление уступает место мгновенным завершённым сообщениям. «Autopsia сохраняет разрушаемое», - гласит одно из её заявлений.

Благодаря диагнозу «пренебрежение смертью», который в постиндустриальном обществе является симптомом эпохального кризиса с антропологическим значением, Autopsia не возвращается к великой исторической теме смерти с помощью типичного искусства манипуляции знаками-агентами смерти, а скорее конструирует гиперболическую эмблему смерти, предназначенную для знания о смерти и преданности ей. В связи с этим, Autopsia заявляет: "Подмена понятий происходит тогда, когда кто-то начинает воспринимать смерть как объект. Смерть это не то, что может быть репрезентировано. Мы смертные существа, и смертность не может быть поставлена перед нами, чтобы мы за ней наблюдали, наша собственная смертность не может быть передана кому-либо еще. Этим чувством нельзя «поделиться».2 Обнажённые или эстетизированные, шокирующие или развлекательные, всё же, образы смерти, которые циркулируют вокруг нас, чрезвычайно «глубоко гуманистические», так как они косвенно описывают смерть и ее социальные последствия, а также создают и поддерживают иллюзию мнимого призрака смерти в оппозиции к тому, что физически воспринимается как реальность жизни. Если смерть является политической экономикой постиндустриального общества, монопольно конкретизируемой, преобразуемой, контролируемой, оторванной от жизни, то единственный способ изменить её — перевернуть перспективу: графические символы смерти Autopsia не представляют собой смерть, а скорее «непосредственно адресуются» нам с помощью странных агрессивных сообщений, напоминаний о смерти. Изображения Autopsia являются риторическими в том смысле, что ассоциируются с такими лозунгами как «Наша цель — смерть», «Смерть — мать красоты», «Я — воскресение», с визуальными фрагментами, взятыми из тривиальной литературы (технических руководств, религиозной прессы и т.д.), а также в том смысле, что банальные мотивы здесь превращаются в чудовищные эмблемы смерти и дегуманизации. Перефразируя Бодрийяра, мы можем сказать, что Autopsia имеет тенденцию, «вводя бесконечно малую дозу смерти», к вызыванию такого преодоления смерти, или двойственного понимания, которое уничтожит всю игру с (псевдо-) ценностями, которые держат смерть в плену искусственной конкретизации.

Метод повторения — переработка/монтаж изображений и текстовых фрагментов — находится в центре оперативной системы Autopsia, и программы постоянно ссылаются сами на себя, что приводит к тому, что все её работы проявляют себя как "оригинальный палимпсест", картина, которая является одновременно и уникальной, и размноженной. По поводу повторения Autopsia говорит: «Существует только одна формальная характеристика важная в постиндустриальном искусстве: повторение! Не существует никакого прогресса! Не существует никакого развития! Всё одинаково. Все различия одинаковы. Новые различия повторяют старые различия. И так далее, и так далее».3 Повторение происходит в Autopsia как навязчивое отражение работы повторяющейся культурной экономики, в которой отсутствие производства, скрытое за имитацией производства, находится в обратном отношении к избытку повторения и его коммерчески манипулятивным эффектам в рамках контроля сознания. Для Autopsia повторение является средством, с помощью которого она одновременно хочет представить репрессированное присутствие смерти (происхождение, значение, время) в структуре нашей экономики и переместить наблюдателя из состояния повторяющейся пассивности в состояние озаряющей деиндоктринации - "альфа-состояние", или транс. Autopsia подсознательно определяет свою миссию как псевдорелигиозное извещение об архетипах смерти, которые, являясь незакодированными сами по себе, возникают неожиданно и из ниоткуда, самостоятельно заявляют о себе и сами размножаются, таким образом свидетельствуя об эфемерности и быстротечности всего того, что является (якобы) основой материального существования общества потребления. Вдохновлённая британской industrial-noise музыкальной сценой конца 1970-х (Throbbing Gristle, Psychic TV, Coil, НЕ), которая, благодаря восстановлению эстетики бруталистского авангарда, «хочет освободить человеческий разум с помощью шума, вдохновения и повторение» (Coil), Autopsia создаёт искусство, которое вызывает беспокойство и расстройства, которые адресованы не любителям искусства, а потенциальным экспертам в области «апологии смерти».

Autopsia разделяет точку зрения, что технология и общество находятся в отношении диалектического взаимодействия, а также, что технология является реальностью современного общества, значение которого измеряется не функциональностью и инновационностью машины, а политикой контроля своей власти, с целью (вос)производства социальных отношений и их воображения. «Целью нашей деятельности является не присоединение к опыту индустриального общества опытов другого рода, а попытка побудить к поиску эстетического опыта в рамках практики своей повседневной работы», - говорит Autopsia.4 Иконография устаревших механических технологий (фрагменты машин, технические схемы, достопримечательности заводских объектов и т.п.) метафорически говорит о том, что машина, в своём непосредственном существовании и в изолированности от сферы производственных отношений, является ни чем иным как призраком производства, который несет в себе потенциальное принуждение к повторению смерти или свободу повторения эстетических призывов. Autopsia в своей работе стратегически использует различные технологии, повторения которых варьируются от недорогих графических техник (ксерокс, шелкография) и студийных репродуктивных технологий (tape-loop, граммофон, ритм-машина, сэмплер, немузыкальные устройства и тому подобное), вплоть до использования компьютеров Spectrum в реализации вербально-вокально-визуальных работ Ikkona (ранний пример компьютерного искусства в Сербии). Подобный подход отражает различные исторические и современные позиции художественного техно-сознания: авангардный автор – это продюсер, который политизирует способ использования значений производства, использует музыкальную студию в качестве метаинструмента в экспериментальной (конкретной, электронной) музыке, мемографическую панк графику «самиздата» и, конечно, рабочий стол домашнего продюсера цифровой эпохи.

По своему собственному признанию, Autopsia хочет быть «чистым искусством» в постоянном и кочевом движении через «неизведанные области» различных культурных пространств и эпох (классицизм, модерн, авангард, поп-культура, индустриализм, христианство, гностицизм, оккультизм), что приведёт к иконографически синкретическому, но семантически полифоническому произведению искусства. Аутистично и лабороторно погружённая в собственное производство, она обитает в самостоятельной возвышенной изоляции и демонстрирует модель художественного поведения, которое непонятно в современном высокопрофессиональном мире искусства. Другими словами, Autopsia нарушает все художественные парадигмы, иерархии и нормы, и является искусством, находящимся вне художественного поля, с безотносительной и неконтролируемой эстетикой ужасного и возвышенного, «сверхъестественного», «жертвования и преданности, гиперболизированной страсти – тетива натянуты до предела». Autopsia является вивисекцией культуры и спасением для общества. Autopsia пришла из ниоткуда…


Редакторы хотели бы поблагодарить автора текста
и Музей современного искусства в Белграде.


1 Vladimir Mattioni, “Partiturae Autopsiae”, Theoria, no. 3-4, Beograd, 1986, pp 133–136.
2 www.autopsia.net/Autopsia_pdf/Autopsia_Inter_08YU.pdf
3 “Autopsia. SMRT (je majka lepote). Razgovor”/“Autopsia. DEATH (is Mother of Beauty). Interview”/, Delo, no. 12, Beograd, 1988, pp 163–179.
4 Ibid.




Комментарии

Статья не была прокомментирована

Добавить новый комментарий

Рекомендуемые статьи

An unsuccessful co-production An unsuccessful co-production
If you know your way around, you might discover that every month and maybe even every week you stand the chance to receive money for your cultural project. Successful applicants have enough money, average applicants have enough to keep their mouths shut, and the unsuccessful ones are kept in check by the chance that they might get lucky in the future. One natural result has been the emergence of…
African Vampires in the Age of Globalisation African Vampires in the Age of Globalisation
"In Cameroon, rumours abound of zombie-labourers toiling on invisible plantations in an obscure night-time economy."
Terminator vs. Avatar: Notes on Accelerationism Terminator vs. Avatar: Notes on Accelerationism
Why political intellectuals, do you incline towards the proletariat? In commiseration for what? I realize that a proletarian would hate you, you have no hatred because you are bourgeois, privileged, smooth-skinned types, but also because you dare not say that the only important thing there is to say, that one can enjoy swallowing the shit of capital, its materials, its metal bars, its polystyrene…
No Future For Censorship No Future For Censorship
Author dreaming of a future without censorship we have never got rid of. It seems, that people don‘t care while it grows stronger again.
04.09.2019
Следующий шаг?
out - archeology
S.d.Ch, Solitaires and Periphery Culture (a generation born around 1970)
S.d.Ch, Solitaires and Periphery Culture (a generation born around 1970)
Josef Jindrák
Who is S.d.Ch? A person of many interests, active in various fields—literature, theater—known for his comics and collages in the art field. A poet and playwright foremost. A loner by nature and determination, his work doesn’t meet the current trends. He always puts forth personal enunciation, although its inner structure can get very complicated. It’s pleasant that he is a normal person and a…
Читать дальше...
australia
Spaghetti Sauce on Your Moo Shoo Pork
Charlie Citron
Читать дальше...
Lithuania
Road trip Lithuania
Road trip Lithuania
Arunase Gudaitas
Aš menininkas — Aš save myliu Vincent van Gogh in one letter to his brother described a café as a place where one could easily go insane. The café in the Center for Contemporary Art (CAC) in Vilnius is such a place. Insider connoisseurs of the local scene consider it “very bohemian” and, indeed, in contrast to traditionally lackluster and overpriced eateries in museums, the atmosphere in the CAC…
Читать дальше...
reportáž
Under the Shadow of Heroes
Under the Shadow of Heroes
Alena Boika
Читать дальше...
Knihy, multimédia a umělecká díla, která by vás mohla zajímat Войти в e-shop
2000, 35.5 x 43 cm (1 Page Only), Pen & Ink Comic
Больше информации...
390 EUR
453 USD
From series of rare photographs never released before year 2012. Signed and numbered Edition. Photography on 1cm high white...
Больше информации...
220 EUR
255 USD
From series of rare photographs never released before year 2012. Signed and numbered Edition. Photography on 1cm high white...
Больше информации...
220 EUR
255 USD
Cowgirl, 1994, acrylic painting on canvas, 45 x 36, on frame
Больше информации...
1 250 EUR
1 450 USD

Studio

Divus and its services

Studio Divus designs and develops your ideas for projects, presentations or entire PR packages using all sorts of visual means and media. We offer our clients complete solutions as well as all the individual steps along the way. In our work we bring together the most up-to-date and classic technologies, enabling us to produce a wide range of products. But we do more than just prints and digital projects, ad materials, posters, catalogues, books, the production of screen and space presentations in interiors or exteriors, digital work and image publication on the internet; we also produce digital films—including the editing, sound and 3-D effects—and we use this technology for web pages and for company presentations. We specialize in ...
 

Цитата дня Издатель не несет ответственности за какие-либо психические и физические состояния и расстройства, которые могут возникнуть по прочтении цитаты.

Enlightenment is always late.
KONTAKTY A INFORMACE PRO NÁVŠTĚVNÍKY Celé kontakty redakce

DIVUS
NOVÁ PERLA
Kyjov 36-37, 407 47 Krásná Lípa
Čzech Republic

 

GALLERY
perla@divus.cz, +420 222 264 830, +420 606 606 425
open from Wednesday to Sunday between 10am to 6pm
and on appointment.

 

CAFÉ & BOOKSHOP
shop@divus.cz, +420 222 264 830, +420 606 606 425
open from Wednesday to Sunday between 10am to 10pm
and on appointment.

 

STUDO & PRINTING
studio@divus.cz, +420 222 264 830, +420 602 269 888
open from Monday to Friday between 10am to 6pm

 

DIVUS PUBLISHING
Ivan Mečl, ivan@divus.cz, +420 602 269 888

 

UMĚLEC MAGAZINE
Palo Fabuš, umelec@divus.cz

DIVUS LONDON
Arch 8, Resolution Way, Deptford
London SE8 4NT, United Kingdom

news@divus.org.uk, +44 (0) 7526 902 082

 

DIVUS BERLIN
berlin@divus.cz


DIVUS WIEN
wien@divus.cz


DIVUS MEXICO CITY
mexico@divus.cz


DIVUS BARCELONA
barcelona@divus.cz

DIVUS MOSCOW & MINSK
alena@divus.cz

NOVINY Z DIVUSU DO MAILU
Divus We Are Rising National Gallery For You! Go to Kyjov by Krásná Lípa no.37.